Новый пост

Окно должно быть открыто во время налета или будет выбито взрывной волной. Но верят, что не пропустит газ. Страх в глазах. Приглушенные голоса. Синие фонари. Яркая луна наводняет город, так легко заметный с воздуха. Спекуляции прекратились под угрозой концлагеря. Все копают окопы. Мужчины, женщины и дети. Количество часов записывается в паспорте. Слышал, как портье в отеле говорит: «Лучший паспорт в мире!» Тихий стук копыт и колясок в полной темноте. Анахронизм. Кабаре открыты, но нет веселья. В тяжелые дни больше не проверяют противогазы в гардеробе на входе в ресторан. Даже танцуют с противогазами. Потому что знают, что нет времени бороться с кем-то, кто подцепил твой противогаз, когда звучит тревога. Это мрачная мысль и общая картина того, до какого животного уровня дошел мир в сумерках цивилизации. Противогазы для младенцев! Так! Так! Так!

1. Пропаганда - важный инструмент руководства для продвижения и укрепления воли к победе и разрушения морального духа и воли врагов. В войне не бывает проблем юрисдикции. Важно лишь эффективное использование пропагандистского инструмента. По сравнению с этим все остальные вопросы несущественны.

2. Аппарат министерства пропаганды, созданный в течение последних нескольких лет, является центральным органом практического применения пропаганды. Разрушение его во время войны было бы сравнимо с разрушением некоторых компонентов вермахта.

3. В случаях, когда практические разработки приводят к росту аналогичных органов с аналогичными целями, такие учреждения должны координироваться и выполнять свои задачи, хоть и во многом аналогичные, в полном сотрудничестве друг с другом.

Лодзь занята!

Весь день спокойно, слишком спокойно. Днем, когда я сижу в парке, рисую портрет одной подруги, приходит это ужасная новость: Лодзь сдана! Немецкие патрули на улице Пётрковской. Страх, удивление... Сдана без боя? Возможно, это всего лишь какой-то тактический маневр. Увидим. Читать дальше

Война постепенно входит в повседневную жизнь. С 11 числа этого месяца для пользования автомобилем требуется специальное разрешение. Говорят о введении карточек на бензин.

Варшава еще не завоевана. Сложно понять, докуда дошли немцы. Нет доверия к информации. Шведское радио в основном рассказывает о событиях в Китае. Английское крайне осторожно. Немецкое передает победные бюллетени, явно преувеличенные; польские сообщения, несмотря на осторожность, звучат слишком оптимистично. Мы не знаем ничего, что происходит на Западном фронте.

Город сегодня выглядит спокойнее, вчера казалось, что уже близко к панике.

Один батальон уезжает за другим, нескончаемой вереницей идут танки. Жены плачут, мужья забегают «на минутку». Коля так и не пришел, напрасно я ждала его и вчера, и сегодня. Было и больно, и обидно. Мои ребята такие взволнованные, постоянно приносят какие-нибудь новости. Говорят, Д.К.А. [Дом Красной армии. — Прим. авт.] полон призывниками. Жены, матери, сестры стоят там толпой, боятся, что началась «настоящая война». Наши женщины собираются кучками, делятся впечатлениями, делают свои заключения.

Ждал ночью. Не пришли. Утром рано оделся, собираясь улизнуть заблаговременно. На пороге столкнулся со стариком. В руках повестка.

— Распишитесь и являйтесь сейчас же.

Все. В голове мелькнуло: «Университет. Пятый курс. Госэкзамен. Курсовая работа. А тут…» Не хотелось. Пожевал губами, поел и пошел. Из с/совета направили в Красное Село, в район. Направление получил туда же, в Усть-Лугу.

Поезд был полон мобилизованными. Пьяных почти не было, так как вина нет в продаже. Но в вагоне все гоготало, сквернословило и орало. И как-то странно было подумать, что этот шальной сброд завтра будет одет по форме и будет поворачиваться, повинуясь голосу команды, держа руки по швам. И уже хотелось крикнуть теперь:

— Смирр-на!

Прибыли в двенадцатом ночи. Улеглись на табуретках.

Дождь. Читаю Золя.

Об обстановке - Война как комедия на Западе? - Япония с благословения англичан хочет мира Китаем и войны с СССР.

Наше невежество было сравнимо с невежеством британского посольства и остальной части дипломатического корпуса. Поселившись в Наленчуве, курорте недалеко от Люблина, они оказались отрезанными от всего. Мне сказали, что многие из отправленных ими телеграмм так и не достигли адресатов. Им нужно было два или три часа, чтобы совершить звонок. В Наленчуве до них не доходило никаких сообщений, за исключением, возможно, случайной телеграммы. Такая дезорганизация могла бы быть объяснима в Катовице или Кракове, когда немцы находились в нескольких километрах; но вряд ли это было допустимо в городе, который был центром правительства.

От Мерлинского невероятный слух о прошлом В.Э.театральный режиссер, арестован в июне 1939 года Будто бы он с 1914 года служил в охранке под кличкой «Семеныч» и осведомлял о либералах, вроде Ходотова. Будто бы, когда после начала <Первой мировой> войны из столиц высылали немцев, то его оставили за это. Слух этот идет от И.М. Москвина , которому это рассказал М.И. Калинин???!!! Что это? Дезинформация? Добровольное вранье? Ясно одно — ложь и бред!