Новый пост

Лидия Бердяева

жена философа Николая Бердяева

После первых «алерт» жизнь снова вошла в обычную колею, и, если б не газеты, не солдаты на улицах, не маски у всех обитателей, трудно было бы представить себе, что мы — на войне, в тылу войны. Лавки все открыты и наполнены продуктами, на улицах движение, хоть и не такое, как обычно, но все же довольно большое. Открылись в Париже театры, синема...

Ночь прошла спокойно. Сегодня чудный, теплый, солнечный день. Тихий, благостный. И все не верится, что мы на войне, среди войны, что вокруг творится ужас войны. Часто кажется: нет, нет! Это кошмар! Вот сейчас проснусь, и все исчезнет!
Как странно! 8 августа я написала жуткие стихи, как бы в предчувствии войны, и такие же в 1914 г. в России, в деревне, когда ничто войну не предвещало!
Это доказывает, что подсознательно человек знает больше, чем сознательно. 

Ночью разбудил нас вой сирены. Это первый налет на Париж. Мы встали, оделись. Было около 3 ч. ночи, чудной, лунной ночи. Против нашего дома устроен «abri» [Убежище (фр.)], но мы решили туда не идти, а сидеть дома и ждать. Ничего приготовлено у нас не было, кроме масок, которые пробовали надеть, и Ни начал задыхаться и сбросил (у него астма), и масок он не может носить. Стал вопрос о маме. Ей 85 лет, лежит неподвижно. Решили от нее скрыть тревогу и не будить, т. к. она крепко спала. Ни, я и сестра собрались у меня в комнате при свете ночника и прежде всего помолились. После воя сирен наступила тишина... Я и Ни вышли на улицу, где стояли кучки людей из соседних домов. Ни говорил с ними, но никто ничего не знал. Я с удовольствием дышала свежим воздухом после запертой комнаты. Вокруг весело разговаривали, шутили. Паники никакой. Из «abri» мало-помалу все вышли и разбрелись... Тревога длилась около 4 ч., и только на рассвете вновь завыла сирена — знак окончания налета. 

Война объявлена! Стыд за Россию, которая предала своих союзников и этим решила войну. Стыд и позор на все ее будущее. Знаю, что русский народ здесь не участвовал, но если не участвовал активно, то пассивно все же это допустил!

15:45

Сегодня в 5 ч. дня должен решиться вопрос о войне Франции и Англии в защиту Польши, которую немцы бомбардируют уже 3 дня.
Вчера мы получили газовые маски.
Приходил проститься милый юноша Луи, который часто у нас работал в саду и по хозяйству.
Наша Мари получила телеграмму от сына-авиатора и уехала с ним проститься.
Мой бедный Ни чувствует себя еще очень слабым после болезни, но вчера сообщил, что составил план второй главы своей новой книги. Удивительная способность работать, несмотря ни на какие условия жизни!

Всеобщая мобилизация. Вечером была в Париже. Впечатление жуткое. Тьма, среди которой движутся толпы. Кое-где синие и красные огоньки, но дома будто исчезли, т. к. все окна плотно закрыты. Когда видишь этот Париж, всегда такой блестящий, яркий, кажется, что снится какой-то кошмарный сон!

Дни большого напряжения. Но надежда на мир все еще не исчезла... Вчера приехал бедный Леня (Чурилин) проститься. Уехал на фронт. Погода все эти дни чудесная, как редко. Солнечная тишина нежная. Природа как бы хочет сказать людям: что вы делаете! Остановитесь! Посмотрите вокруг! А мир людей полон злобы, ненависти, вражды на фоне этого небесно-голубого неба и ясной тишины...По вечерам начали читать «Анну Каренину», чтоб немного отвлечься. 

Тревожно-напряженные дни. Была в Париже и поражена спокойствием и дисциплиной французов. Ни суеты, ни болтовни... Выдержка этого народа меня поражает и восхищает.
Ни, видимо, подавлен позором, которым покрыла себя Россия. Я давно это предвидела и потому не так остро переживаю случившееся. А у него были какие-то иллюзии...

19:00

Гитлер заключил пакт о ненападении с СССР! Мое давнишнее предчувствие сбывается, и Россия покрывает себя несмываемым пятном позора. Когда я иногда говорила, что это случится, Ни страшно возмущался, а теперь?
Два паука соединили свою паутину, и один из них, конечно, запутается и погибнет в ней. Конечно, Сталин, который из боязни войны и революции, которая снесет ему голову, идет на все, лишь бы уцелеть.
Бедная Россия и то, что от нее еще уцелело!

За это время перебывало у нас много людей. Но большинство из них — это люди, раздавленные тяжелой жизнью, нуждой, болезнью. Лишь немногие кое-как устроились, так, например, семья профессора Франка, Н. Д. Городецкая...
НиНиколай Бердяев, философ, несмотря на плохое состояние здоровья, удивил нас сегодня, сказав, что составил план новой книги — нечто вроде философской автобиографии. Его способность работать при всяких условиях (в Москве в 1918 г. под выстрелами из пушек!) удивительна! Это и есть настоящее призвание.

Думаю, что мы неверно представляем себе жизнь святых, думаем, что вся она состоит из каких-то необычайных подвигов, дел, поступков. А мне кажется, что она состоит из обычных дел, часто совсем простых, обыденных, но все они направлены к одной цели, к Богу, и потому из обыкновенных они превращаются в необыкновенные, а иногда и в чудесные.
Начала читать моего самого любимого французского писателя Грина. 2-й том его дневников. Чувствую в нем что-то себе очень близкое, родное...

Утром очень важный разговор с НиНиколай Бердяев, философ. Он говорит, что за время болезни он пережил очень важные события в своей духовной жизни. Суть их в том, что он слишком много сил истратил на борьбу с чисто внешними формами исторической Церкви, слишком долго все силы его обращены на борьбу с «временным», а сейчас вся его духовная жизнь обращена лишь к вечному. Это как бы выход из времени и духовная установка на вечном.«Ты помнишь слова Христа, — говорю я. — "И дам покой душам Вашим". Я понимаю эти слова так: человек обретает этот покой тогда, когда внутренно победит все временное, все преходящее и утвердит себя, найдет себя в вечном. А это возможно лишь во Христе. Это тот покой, который только один Христос может дать душе».