Новый пост

Превращение Польши в театр военных действий и сближение Берлина с Москвою придает украинскому вопросу исключительную  остроту. Германская ориентация части  украинцев обнаруживает одновременно  и свою реакционность, и свой утопизм.  Остается лишь революционная  ориентация. Война бешено ускоряет развитие.   Чтоб не быть  застигнутыми врасплох   событиями, необходимо своевременно занять ясную позицию по украинскому вопросу.

✍    Также в этот день

С сожалением сообщаю Палате представителей о том, что бедствие оказалось более масштабным, чем указывалось в предыдущих докладах. Насколько можно установить, на борту находились 1418 человек, из которых 315 были членами экипажа и 1103 пассажирами, около 800 из которых имели британские или европейские паспорта и более 300 имели паспорта Соединенных Штатов Америки. Теперь точно установлено, что причиной катастрофы послужило нападение подводной лодки, без предупреждения. В 19:45 по местному времени в ночь на воскресенье, 3 сентября, торпеда ударила по судну позади машинного отделения по левому борту, в то время как пароход находился в 250 милях к северо-западу от побережья Ирландии. Вскоре после того, как торпеда поразила судно, подводная лодка вышла на поверхность и выпустила снаряд, который взорвался на палубе «С».

Подводная лодка кружила вокруг тонущего парохода и была замечена многими людьми, в том числе выжившими американцами, значительная часть которых - я думаю, 12 или более - дали письменные показания по этому поводу.

Наше первое предупреждение о воздушном налете прозвучало сегодня утром в 8.30. Пронизывающие трели, которые я слышу, лежа в кровати. Оделась и вышла на террасу с Л. Небо чистое. Все дома закрыты. [Завтрак. Все чисто. Во время перерыва
был налет на Саутуарк. Нет новостей. Хепворты приходили в понедельник. Было похоже на морской круиз. Натянутый разговор. Скука.] Ни в чем не осталось смысла. Вряд ли имеет смысл читать газеты. Бибиси передает вчерашние новости. Пустота. Беспомощность. Я могу с таким же успехом записывать все это. Читать дальше

Фюрер выразил благодарность раненым солдатам за их смелый поступок. Их глаза блестели от радости встречи неожиданного посетителя, который неоднократно вспоминал свой период выздоровления во время мировой войны.

Первый после каникул Heimnachmittag. Лизель сообщила о продвижении наших войск в Польшу, и ликование наполнило наши сердца. Краков пал, фронт Фюрера уже проделал весь путь до Грауденца. Польское правительство бежало в Люблин. Невероятно, но все это абсолютная правда! Лизель рассказала о своих обязанностях на вокзале и о беженцах из восточных и западных районов, о всех трудностях и страданиях, свидетелем которых ей пришлось быть. Мы, еще совсем молодые лидеры, сожалеем, что пока не можем выполнять эти обязанности.

Радио сообщило - и затем повторило несколько раз - известие о том, что Германия прорвала фронт и что в ближайшее время они могут оказаться под Варшавой, в связи с чем, призывают жителей Варшавы массово принять участие в рытье окопов. Для моего
района сборным пунктом для пришедших работать обозначено площадь Унии Любельской. Ночью, в темноте из-за готовности к воздушной тревоге, улицы закишели людьми. Через Маршалковскую в темноте тянулись две волны людей: одна на площадь, на место сбора, другая – в противоположном направлении, видно после получения инструкций. Было слышно, как соседи, чтобы не потеряться, кричали названия улиц и номеров домов, и грохот лопат, которые несла часть тех, кого звали. На площади Унии все остановились. Организация была не очень эффективной, хотя лучше, чем можно было ожидать в этих условиях. В любом случае, прошло два часа, прежде чем отделение с моей улицы (к тому времени значительно поредевшее) получило приказ идти на работу в конкретный район. Рытье окопов проходила где-то до утра, а у кого-то – до полудня.

Приводили новых «копателей», выловленных на улице, но, по сути, работали ночные «добровольцы», теперь уже рассматриваемые как принудительно завербованные. Люди, непривыкшие к такой работе, уже через несколько часов еле поднимали лопаты. 

Мое дежурство заканчивается в час ночи. Я бужу Рийчека Войчиховского, чтобы он заступил на свою смену. У него плохое настроение, я впервые слышу от него что-то о предполагаемом плане эвакуации города. Он говорит, что в департаменте, где работает его отец, все уже собрано, и они готовы покинуть Лодзь в любой момент. Я удивлен. Что? Как? Я слышал, что немцы уже совсем близко и скоро могут захватить Лодзь.

Был на параде. После намеревался розыскать Лиду, а напал на Наташу. Вечер провел более, чем превосходно.

Говорят, французы вывесили плакаты на западном фронте: «Мы не будем стрелять». И будто немцы ответили на эти плакаты: «И мы не будем!» Но это не похоже на правду. С завтрашнего дня также будут распространены ограничения на грузовой транспорт.

Демонстрация по поводу МЮДаМеждународный Юношеский День. Антивоенная.